Страсть

ЗАЖГИТЕ СВОЮ СТРАСТЬ

Включите нейронные цепи, которые работают на успех.

Страсть, она лежит в каждом из нас, спящая… таящаяся в ожидании… и пусть нежеланная… незваная… однажды она зашевелится… откроет свою пасть и завоет. Она говорит с нами… ведет нас… страсть управляет каждым из нас, и мы подчиняемся. Что нам остается? Страсть — источник самых высоких моментов нашей жизни. Радость любви… ясность ненависти… и исступление горя. Она бьет порою гораздо сильнее, чем мы способны выдержать. Если бы мы могли жить без страсти, мы, возможно, обрели бы покой… но мы были бы пусты… Без страсти мы были бы просто мертвы.

Жизнь, полную страсти, обеспечивает духовная энергия успеха. Без страсти ничего не происходит. Страсть запускает химические фабрики в глубине мозга, зажигает огонь эмоций, который заводит нас. Мы чувствуем, когда нас охватывает страсть, поскольку она заставляет нас любить, заботиться, хотеть, нуждаться, жаждать, испытывать потребность, страдать и создавать. Страсть движет нами. Но она может быть полной любви или ненависти, корыстной или милосердной, щедрой и завистливой.
Страсть обеспечивает стремление стать кандидатом в члены Конгресса или прекрасным садовником. Страсть заставляет нас работать по 100 часов в неделю, занимаясь своим делом, или продолжать учиться, когда нам уже за 30. Страсть может мотивировать кого-то путешествовать за сотни или даже тысячи миль каждую неделю, чтобы оказаться в объятиях своей любимой, а других — неустанно тренироваться, готовясь к соревнованиям. Страсть вносит смысл и предназначение в нашу жизнь.
Для того чтобы направлять страсть, необходим полноценный разум, идет ли речь о том, чтобы растить здоровых детей, получать удовольствия от жизни в браке, процветать профессионально или достичь совершенства в своем увлечении.

В словаре Мерриам-Уэбстера первое определение страсти — это «страдание». Любите ли вы то, что вы делаете, настолько, что готовы страдать ради этого? Если так, у вас есть страсть.

Я люблю работу обследования мозга методом ОФЭКТ, которую мы ведем в Amen Clinics. Очевидно, что это одна из моих страстей, длящаяся уже более 18 лет. Она захватила мое внимание с того момента, как я впервые выписал направление на томографию. Наша работа приносит мне огромную радость, но я вынужден был терпеть немало обид, нанесенных некото¬рыми моими коллегами за то, что я делаю. Кем меня только не называли в начале моей деятельности: торговцем снадобьями, шарлатаном, обманщиком и мошенником.
В 1997 году, после жалобы, поданной одним из моих коллег, работа по визуализации мозга в моей клинике стала предметом разбирательства Медицинского совета Калифорнии, которое длилось в течение года. Если вы делаете что-то, выходящее за стандарты помощи, предлагаемой медицинским сообществом, Совет может лишить вас лицензии на право ведения медицинской практики. Психиатры, занимающиеся томографией, на тот момент были в диковинку и не относились к стандартам. В конечном счете Совет оправдал меня, и на некоторое время я даже стал его консультантом, но тот год был один из наиболее тревожных и эмоционально болезненных в моей жизни. Однако моя страсть к работе помогла мне не сходить с пути даже в смутные времена.
Вскоре настало время, когда врача, не назначившего сканирование мозга в сложном психиатрическом случае, могли обвинить в профессиональной некомпетентности. Если бы у меня не было страсти к томографии мозга, я бы отказался от этой идеи при первых же осложнениях. Это оставило бы меня заурядным врачом, который позволяет чужому мнению руководить своей практикой и жизнью. Изменение парадигмы требует страсти.
Откуда происходит настоящая страсть? Она порождается мозгом, разумом, обществом, духом или комбинацией факторов? Почему одни страстно раздвигают границы собственной жизни, а другие застревают в рутине скуки и заурядности, позволяя кому-то управлять собственными жизнями? Почему страсть иногда выходит из-под контроля и разрушает жизнь? Может ли болезнь Паркинсона, СДВГ или наркотическая зависимость рассказать нам что-то о страсти? Существуют ли у мозга секреты, позволяющие сделать жизнь более страстной? В этой главе будут исследованы эти вопросы, чтобы помочь вам развить страсть, которая будет питать полноценный разум.

ПОНИМАНИЕ ИСТОКОВ СТРАСТИ.

Как я уже упоминал ранее, один из наиболее полезных концептов, которому меня научили в медицинском институте, — всегда оценивать пациента под биолого-психологическим социально-духовным углом зрения. В этой модели мы обращаем внимание на биологию или физиологию, психологию или тип мышления, социальную ситуацию или групповые установки и глубинный духовный смысл жизни пациента. Исследуя каждую из данных областей, мы снижаем шанс упустить важную информацию. Кроме того, действуя таким образом, врач не только устраняет симптомы или лечит болезненное состояние, но и меняет и исцеляет самого человека.
В понимании страсти и мотивации важно использовать этот четырехсторонний подход и принимать во внимание вопросы, имеющие отношение к психике (психология), социальной ситуации (настоящая ситуация и группы, в которых мы живем), духу (наше сознание, самоосознание, глубинное чувство смысла и предназначения) и биологии (физическое функционирование мозга).

ДУША СТРАСТИ.

Страсть обычно связана со значительными событиями прошлой жизни, например:
•    Ваша мама любила читать вам, и у вас выработалась страсть к книгам.
•    Вы выросли в нищете и ненавидите ее настолько, что теперь у вас страсть к обеспеченности и деньгам.
•    Вы привлекали внимание мужчин красотой своего тела, поэтому вам нравится ходить на тренировки (и, возможно, последующее нарушение питания — пример неправильно направленной страсти).
•    Ваших родителей поразила болезнь Алыдгеймера, поэтому вы стремитесь предотвратить болезни у себя и у близких.
•    Вы встретили человека, подсознательно напоминающего вам любимого родителя, поэтому у вас возникла страсть к нему.
•    Ваш ребенок умер от рака, поэтому вы начали вкладывать деньги в исследования рака.
Существует множество путей влияния нашего прошлого на нашу страсть и движущие силы сегодняшнего дня, начиная от отношений, которые у нас были с нашими родителями, наставниками, учителями и друзьями, когда мы росли, и заканчивая опытом, полученным в процессе занятий спортом и от наших увлечений, первых сексуальных возбуждений, самых больших страхов и величайших радостей. Факторы, которые включали или выключали нас на протяжении периода нашего формирования, продолжают действовать и оказывать влияние на нашу жизнь. Значимые эмоциональные события оставляют в памяти следы, изменяющие мозг. Они по-прежнему влияют на наши мысли и чувства.
Например, когда я учился в шестом классе, я первый раз выступал на сцене, исполняя в комедийной сценке роль молодой еврейской матери, которая пытается заставить своего малыша съесть тарелку супа. Класс смеялся в нужных моментах. В конце представления у меня было теплое, греющее ощущение внутри. Оно разжигало во мне желание выступать перед публикой, которое, в свою очередь, вдохновляло меня на участие в состязаниях ораторов в колледже, что, в свою очередь, в дальнейшем питало мою любовь к публичным выступлениям вплоть до настоящего времени.
Когда я писал эту книгу, я получил приглашение выступить перед девятитысячной аудиторией в Монтеррей, Мексика, на Всемирной конференции Духовности, Знаний и Целостного Здоровья, на огромном стадионе. Этот опыт включает те же самые нейронные цепи, которые сформировались в шестом классе.

Ниже приведен отчет одного из моих пациентов, демонстрирующий, как жизненный опыт может вызвать страсть. Роджер — успешный бизнесмен, помог основать некоммерческое агентство, финансирующее проведение ОФЭКТ, обследование и лечение людей, которые не могут себе этого позволить, особенно страдающих СДВ. Роджер изменили жизнь сотен людей.

Одно из моих страстных желаний — помочь людям, страдающим СДВ. Оно исходит из моего собственного жизненного опыта, моей системы ценностей и сочувствия к тем, кто продолжает страдать, когда есть возможность получить помощь. Все началось с нашего гиперактивного сына, который получил диагноз СДВ в первом классе, и его лечили лекарством, которое прекрасно помогло справиться с проблемами концентрации и контроля над побуждениями. Мы были уверены, что сын перерастет эту проблему к переходному возрасту и медикаментозное лечение будет отменено.
В начале 1990 годов появились статьи о том, что СДВ может быть пожизненным недугом. Это привело нас к поиску новой информации и, что наиболее важно, знакомству со специалистом, д-ром Дэниэлом Аменом из Amen Clinics. Мы были крайне удивлены, узнав, что не только наш сын по-прежнему нездоров, но и остальные члены семьи, включая меня, также имеют врожденное расстройство. У меня тоже были проблемы: недостаток концентрации, изменения настроения, привычка перебивать других и прочие. Вся семья начала понимать, насколько серьезен был ущерб, наносимый нашей личной жизни и нашим отношениям. Правильное лечение помогло.
Получив подобающие консультации и лечение, мы начали действовать и чувствовать себя как «нормальные» люди. Понимание того, насколько сильно мы страдали, имея реальное физическое расстройство, а вовсе не «дурной характер», привело к новому ощущению самоуважения. Общий эффект изменил жизнь!
Путь от страдания к избавлению превратил меня в миссионера, ищущего пути оказать помощь тем, кто в ней нуждается.

Leave a Reply